Современный неожиданный бурлеск

Театрализация многих сторон жизни – характерная черта как постмодернизма, так и нашего времени. Народу хлеба хватает, зрелищ тоже достаточно, потому хочется чего-то нового, эпатажного и скандального. Публичные выступления политиков – злое озорство. Развлекательные передачи и разного рода шоу заполонили телевизионный эфир. Сильные чувства позабыты… Люди скользят по поверхности, ни во что глубоко не вникая. Среди приемов, типичных для постмодернистской эстетики – игра, ирония, пародия, цитирование и, конечно, бурлеск, уходящий корнями в греческую античность.

Вышучивать общепризнанные образцы, опошлять идеалы, резко переходить от возвышенного пафоса к самым низменным областям вообще заложено в человеческой природе. Даже героические поэмы Гомера и те подверглись перелицовке под названием «Батрахомиомахия» («Война мышей и лягушек»). Пародией на рыцарские романы стал знаменитый «Дон Кихот» М.Сервантеса. Украинский поэт Иван Котляревский написал «Энеиду, вывороченную наизнанку», а его русский коллега – Василий Майков – поэму «Елисей, или Раздраженный Вакх».

Особенно богатым на травестирование и бурлескность стал «серебряный век» русской культуры. Желтая кофта Маяковского, монокль в глазу и раскрашенная физиономия Давида Бурлюка, «Дыр бул щул» Алексея Крученых, ничевоки во главе с Василиском Гнедовым и др.

fraulein_kink_ss13_469-crop.red.harness

Бурлеску суждена была не только долгая жизнь, но и своеобразное «второе рождение» во французском кабаре «Мулен Руж», куда слеталась местная богема, где завсегдатаем был художник Анри Тулуз-Лотрек, где царил дух фривольности, и где впервые был показан стриптиз. Своеобразной визитной карточкой заведения стал танец канкан – чем не эталон бурлеска того времени! Таким образом, бурлеск трансформировался и стал восприниматься как костюмированное шоу, отчасти напоминавшее жанры оперетты, водевиля или мюзикла. Сознательный расчет стал делаться на внешние эффекты. Танцевальные номера перемежаются монологами с явным эротическим подтекстом, причем не всегда удается балансировать на грани пошлости и приличия – без того, чтобы не скатиться в откровенную пошлость, что уже не раз демонстрировали резиденты «Камеди Клаб».

На российской почве традиции бурлеска не без успеха продолжает Андрей Бартенев – причем не на театральных подмостках или в кино. Он модельер, художник-график, куртуазный маньерист, и не устает поражать публику эксцентричными нарядами. Очевидно, что широкого хождения иметь они не будут, а вот эпатаж обеспечен!

Дружба связывает Бартенева с бывшей солисткой группы «Браво», избравшей затем сольную карьеру, Жанной Агузаровой. То, что проделывает на сцене она, также явно не укладывается в рамки приземленного, бытового сознания. Очевидно, что здесь уже клиника и хроника, и игра уже не игра, а образ жизни.

На советской эстраде блистал дуэт Вероники Маврикиевны и Авдотьи Никитичны. Их окрестили позднее «Старыми русскими бабками». Их традиции продолжает украинский актер Андрей Данилко в образе Верки Сердючки. Травести (то бишь переодевание) налицо. Вот только не заигрался ли он? Снимет ли когда-то грим и будет ли кому-то интересен без него – вот вопрос вопросов.

Сергей Зверев – фигура не менее одиозная в столичных кругах. И хотя пик его известности явно позади, но время от времени Звереву еще удается привлекать к себе внимание эксцентричными выходками.

Словом, бурлеск жив! В сочетании с травести и пародией он продолжает быть эстетическим раздражителем и возбудителем. Вот только для формирования устойчивых вкусов этот прием вряд ли порекомендуешь – прививка нигилизмом и внешними эффектами ни к чему хорошему не приведет. Проблема еще и в том, что в качестве глубоких, интересно мыслящих людей вышеупомянутые персонажи мало кому будут интересны. Вот и упражняются в бурлеске…

школа pole dance Москвашкола pole dance Москва